Татьяна Залужная: «Любаша — это не певица»


«МК-Бульвар», 20 мая 2002г.

Как известно Алла Борисовна любит преподносить сюрпризы. В этом году она подарила нам Любашу. Таинственная незнакомка впервые появилась на Рождественских встречах. Причем спела две песни, что дозволяется только приближенным особам. Музыкальная тусовка зашепталась. Дальше больше. Пугачева и Любаша выпустили совместный альбом, особую пикантность которому придавали записи телефонных разговоров двух певиц. Кстати, автором большинства песен с этого альбома выступила все та же Любаша. Но самое интересное вовсе не это. Оказывается увидеть Любашу практически невозможно. Только на сцене, а в обычной жизни нет.

Творческое сумасшествие

— Тут все время спрашивают, начали доставать: кто такая Любаша, кто такая? А я честно говоря не знаю что и сказать. Ну, кто ты такая-то? — Вы знаете, я и сама не знаю кто я. Ты тоже такая же, как я. Все думают, что меня знают. А я сама себя не знаю.. Ну чего, помолчим что ли?

— Некоторое время назад мы узнали о существовании певицы Любаши. В Интернете есть информация о группе "Любаша". Так Любаша это все-таки кто — певица или группа?

— Любаша — это группа. А я вообще не певица. Я — исполнитель, автор своих песен. Вместе со мной нас 6 человек: аранжировщик и клавишник Алексей Хвацкий — диджей Врач, гитарист Сергей Шанглеров, бас-гитарист Владимир Ткачев, барабанщик Дмитрий Фролов, и второй гитарист Денис Шлыков.

— Насколько я знаю, музыкой вы занимаетесь около 8 лет..

— Я занимаюсь ею всю жизнь. Но вот так, чтобы бросить работу и уйти в совершенно другую профессию — да, 8 лет.

— Все это время вы писали, а не исполняли. С чего вдруг такие перемены? Запели, создали свою группу

— Потому что почувствовала, что некоторые мои песни никто кроме меня не сможет донести до слушателя. По крайней мере мне так показалось. Вот я и запела. Но это случилось не сегодня, и не год назад. Я всегда пела и организовывала всякие коллективы. В школе была руководителем ансамбля из семи девчонок. В институте создала квартет, на работе — группу.

— У вас есть музыкальное образование?

— Музыкальная школа. Класс фортепиано.

— Если вам все это так нравилось, почему вы не продолжили учебу дальше, а пошли в технический ВУЗ?

— Я, кстати, не жалею об этом совершенно. Потому что там меня бы научили писать не так, как я это делаю сейчас. Я бы знала какие-то стандартные вещи, ходы. И это было бы банально. Думаю, что учиться сочинять не надо. Если у человека есть этот дар, то он есть. Другое дело надо иметь музыкальное образование, чтобы грамотно изложить свои идеи. В данном случае школы мне было вполне достаточно.

— А институт выбрали наобум?

— Пошла по родительским стопам. Они у меня оба инженеры. Мама — Лидия Ивановна, и папа — Георгий Андреевич. Хотя по большому счету мне было все равно. У меня две подруги туда поступали и я вместе с ними. В первый же день узнала, что на 5 этаже проходят занятия музыкального коллектива — тут же записалась. Наш институт выпускал профессиональных спортсменов и музыкантов (смеется).

— Учились, учились, работать стали. А потом бросили. И зачем все это надо было затевать?

— Потому что родители считали, что у меня должна быть профессия. Я и работала программистом. Когда увольнялась, все были мягко сказать удивлены, особенно начальник. Во-первых, профессия программиста довольно престижная. Во-вторых, работала я в хорошем институте, где платили неплохие деньги, в-третьих, в то время найти работу было очень сложно, а уж попасть в наш институт — не возможно. Кругом зарабатывали на порядок меньше.

— Вы ушли в никуда?

— В принципе да. Я честолюбивый человек и должна быть первой. Когда работала программистом, понимала что лучшей не смогу стать, что есть специалисты намного грамотнее меня. А быть средней — мне не интересно. В музыке же, думаю, что смогу этого добиться. Только нужно заниматься одним делом, а не разделяться на две профессии.

— Довольно смелое решение.

— Тогда для меня это был страшно тяжелый момент. Но меня поддерживали друзья.

— Вот вы каждый месяц получали зарплату. На эти деньги одевались, покупали еду, что-то делали. Потом одним махом — раз — и краник перекрыли…

— Творческие люди, они же сумасшедшие. Они могут хорошо одеваться, а могут в старье ходить.

— Но вы сознательно лишили себя дохода. На что жили то?

— У меня была поддержка. Конечно, если я была бы одна, наверное, вот так, вдруг — не ушла бы. Кроме того я начала писать песни для других.

— Но девочку с улицы никто и слушать не будет.

— В Запорожье меня тогда уже знали. Я сделала два музыкальных спектакля. Написала некоторое количество песен, привлекла к этому делу профессиональных режиссера, художника по свету, художника-декоратора, хореографа, танцоров — всего 15 человек. Арендовала площадку и получилось очень необычно. Людям понравилось, может быть потому что они не ожидали такого. Я удивлять люблю. Что же касается девочки с улицы, то этим людям понравилась сама идея. Я видела как у них загорались глаза. Я сумела их зажечь. Наверное, у меня есть харизма(смеется).

— Одной харизмы маловато будет, еще деньги нужны.

— Пришлось свои вкладывать.

— Сколько?

— По московским меркам это немного. Но там люди могут работать и просто за идею. Спектакль шел всего один раз. Многие потом жалели, что не попали. А через год я сделал еще один, но уже на другие песни. Костюмы шила себе сама — на всем же экономить приходилось.

— Получается вы стали знаменитостью?

— В городе, конечно, да. Я еще потом немножечко в филармонии проработала. Надо же было как-то жить, и заниматься тем, чем я хотела. Но только вкладывать в творчество я не могла постоянно. Вот и решила предлагать песни другим. Но не те, которые писала для себя. Пришлось стать более гибкой и научиться ориентироваться…

— Вы помните своего первого "клиента"?

— Вначале это были запорожские музыканты. А потом, когда приехала в Москву, Укупнику предложила… Хотя исторически первой была Аллегрова и "Балерина".

— А как эта песня к ней попала?

— У нее клавишник из нашего города — Сергей Кучменко, он же написал музыку на мой текст. Потом уже был Укупник. Я ему на студии ряд песен оставила. Но он сказал, что сам композитор и чужая музыка его не интересует. Тексты взял, они ему показались свежими и необычными. Вот так и получились "Фрак, бабочка, лаковые туфли" и "Мастер дам".

— Почему вы решили обратиться именно к Укупнику?

— Случайно. Когда приехала в Москву, остановилась у друзей. Стала ходить в театры, на выставки. И однажды шла мимо его студии. Он, кстати, сам позвонил мне в Запорожье. Аркадий решил на мои тексты писать для других, получилось около 20 песен. А я параллельно Смеховой "Дикую утку" предложила. Она впоследствии так и альбом свой назвала. Композитор из Запорожья, очень талантливый музыкант. И песня вышла интересная, красивая.

— После такого успешного альянса к Вам кто-то стал обращаться?

— Поработать? Нет. Хотя если в музыкальных кругах появляется что-то новое и свежее, то это привлекает внимание. Спел Укупник песню, не похожую на его предыдущие, все сразу: а кто это? Но Аркадий не рассказывал кто ему пишет тексты. Поэтому предлагала себя сама. Малинину на его музыку написала текст "Как жаль".

Стала практиковать работать с "рыбой". То есть когда композитор на свою музыку заказывает тексты. Но находиться в такой зависимости очень тяжело. "Вот, песни не берут". А их не берут то ли из-за моего текста, толи из-за его музыки — не понятно. Поэтому от композиторов решила отказаться. И мои песни стали брать. Сначала Лолита "Подругу друга", потом Катя Лель "Горошины", Боря Моисеев "Пол любви" … И я поняла, что могу писать.

Золушка без сказки

Слушаю. Кто это? — Алла Борисовна, это… — Громче говорите, пожалуйста. Кто это? — Это Любаша. — Ой, очень хорошо, что ты мне позвонила… Любаша. Так что ли тебя и называть? Просто Люба? — Да, Любаша. — Ах, именно Любаша? — Любаша. — Я так думаю от слова Любовь? — Да. — Ну, так и буду тебя называть. Любаша.

— Почему Любаша? Вам не кажется, что немного пошловато звучит?

— Пошловато… А простота пошловата? Я ведь тоже не знала, что такое Любаша. Потом разобралась. Когда писала песню, фраза "Называй меня Любаша" с неба свалилась. Потом припев: Любовь — Боль, Любовь — Боль… "Называй меня Любаша" — это Любовь так говорит. — "Не называй меня пафосно Любовь, а просто Любаша. Я не виновата, что причинила тебе Боль. Я не хотела. Но так получилось"… И этим образом Любаши я так глубоко прониклась. Без пафоса, жеманностей. Если отбросить все, то останется голая Любовь. Любовь в том виде, в каком она к человеку приходит. А уж потом он на нее всякую одежку натягивает, украшает. А если все сбросить, то вот она — Любовь. В творчестве я бы хотела быть именно такой.

— Кто хоть немного заинтересуется вами, без труда сможет узнать, что на самом деле вас зовут Татьяна Залужная. Вас это не смущает?

— У нас ведь группа называется "Любаша"…

— То есть вы как бы немножечко отстраняетесь?

— Говорю с вами я, но я не Любаша, а Таня. А когда выйду на сцену, то буду Любашей.

— Получается, что у вас раздвоение личности какое-то…

— Мне интересно быть разной и переходить эту тонкую грань. Сначала ты ходишь один, потом зашел за черту — и ты уже другой, попал в другой мир. А искренний ты там и там.

— Вы не боитесь, что Таня потеряется в Любаше и наоборот?

— Да нет, почему? Любаша — это образ. Автор произведений — Таня.

-Тогда может быть проще скрывать ваши настоящие имя и фамилию?

— Это невозможно сделать. И почему я должна скрывать? Я горжусь тем, что создала очень много песен. Мне не стыдно ни за одну из них. Хотя в прессе и попытались обо всем этом умолчать. Что я преступление совершила? Со стороны кажется, что написать хорошую песню очень легко. Это очень трудно, даже профессионалу. И если Алла Борисовна взяла сразу столько песен, то это уже о чем-то говорит.

— Вы обращались к кому-то за помощью, чтобы привлечь к себе внимание Пугачевой?

— Никто не станет помогать. Я это сразу поняла, как только сюда приехала. Здесь каждый сам за себя. А с Аллой Борисовной на самом деле все получилось случайно. Я когда-то сто лет назад оставляла у нее в офисе текст "Аист". Он у нее долго валялся, а потом она обратила на него внимание и написала музыку. Получилась песня для Кристины. После этого я еще песни передала для Филиппа, Кристины, Аллы Борисовны. Не свои. То, что я писала для себя никому не показывала — это мое. Алла Борисовна сама мне перезвонила: "Припев хороший, но вот в куплете надо слово заменить. Здесь местами поменять и т.д. (я, кстати, никому об этом не рассказывала). Мы обязательно встретимся и на эту тему поговорим". После этого я взяла и показала наш проект "Любаша". Не с тем, чтобы предложить песню, а чтобы Алла Борисовна, как профессионал дала свою оценку. Вот тогда она и сказала, что мы супер. "Если в первый раз было к чему подкопаться, то здесь не к чему".

— Можно сказать, что вам повезло?

— Еще рано делать выводы, но я счастлива, что Пугачева спела мои песни. Для автора — это высшая награда.

— Но о вас сразу столько людей узнали.

— Мне, например, к себе в город сейчас не очень-то приятно ехать. Потому что обо мне та-ко-е написано…

— Но негатив — это тоже реклама.

— Мне позвонили и сказали, что родители очень расстраиваются. Они не могут понять, что это пиар или что-то еще. Никакое здоровье не выдержит. Да, действительно, Алла Борисовна сделала нам промо. Но сейчас давайте разделим. Есть песни, которые поет Любаша, и которым больше никто не имеет отношение. В тех же "16 тоннах", где проходила презентация, через какое мне пришлось пройти испытание. Все ждали Аллу Борисовну. А я не знала, что ее не будет…

— Нам об этом заранее сказали.

— Я не знала… И там были настолько негативно настроенные журналисты… Царило такое напряжение. Но после моего выступления меня поздравляли и говорили, что понравилось.

— Вам Пугачева не объяснила почему не приехала?

— Она сказала, что я это должна была выдержать. Уж коли я собралась плавать в этом море, то должна уметь и выплывать.

— В общем кинули как котенка.

— Я ни о чем не догадывалась до выхода на сцену. Думала, что будет какой-то сценарий, в который я как-то впишусь. Но эту ситуацию я восприняла с благодарностью, как боевое крещение. После этого в одной газете напечатали две мои фотографии с выступления в клубе и из клипа. И подписали, что в клипе стилист хорошо поработал над образом провинциалки. Но тем стилистом была я сама. Мне обидно, когда говорят, что приехала тут колхозница, которую нужно умыть, одеть, накрасить. Может быть кому-то и приятно считать меня этакой Золушкой, но это не так. Сейчас всем почему-то хочется, чтобы девушка вначале была ничем, а потом стала всем. Приехала безвкусица с мешком и с курского вокзала пошла сразу на Таганку (там располагается Арт-студия "Алла" — Авт.). Но так не бывает. Столько лет работы. Мне ставят в упрек, что я пытаюсь подстроится под рокершу. Но я не под кого не подстраиваюсь. Если бы я буду не искренна и не органична, то это сразу будет видно…

— Но все-таки без Пугачевой вы до сих пор были бы никто.

— Были б кто, если бы имели деньги. Без них невозможно что-то сделать. То есть я хочу сказать, что мы не тот случай, когда нашли девочку и полностью ее раскрутили. Было уже все готово. Все аранжировки к песням Аллы Борисовны сделали наши музыканты. Ничего не пришлось переделывать — это редкий случай. Обычно Алла Борисовна меняет слова, музыку. Она из всего может сделать конфетку. Так вот у нас уже были эти конфеты И Алла Борисовна была этим удивлена. История Золушки не очень получается.

Полет длинною в 8 лет

У тебя есть какая-нибудь песня с вопросом и ответом на вопрос? Есть "А был ли мужчина?". О, Боже мой. Если не был, так будет. Тебе то чего горевать? Тут вопрос другой "А был ли мальчик?"… Я надеюсь, что был или будет. Будет, будет. Все будет. У кого-то все будет, а у кого-то все было… Чего по телефону? Давай, заходи. Сейчас приду. Давай пока мальчик тут сидит. Приходи познакомлю. Один на двоих. Второго найдем. Ничего страшного. Давай скорее.

— Где-то вы сказали, что окружение Аллы Борисовны вас ревнует. В чем это выражается?

— Думаю, что даже в этих статьях. Не возникают они просто так, на ровном месте.

— Про ваш тандем с Пугачевой говорят, что не заметив вовремя Земфиру, Алла Борисовна решила отыграться на Любаше…

— У Аллы Борисовны весь офис завален кассетами, дисками, текстами. К ней в руки не попали материалы Земфиры, а мои попали. Случайно.

— Получается на вашем месте мог оказаться любой?

— Любой, кто может писать хорошие песни.

— Что-то типа аванса за 8 лет работы?

— Кто знает, что мы, и за что получаем. На самом деле я очень благодарна судьбе и Алле Борисовне за помощь. Но рассчитывать на нее все время я, конечно же, не собираюсь.

— Не боитесь, что с уходом от Пугачевской опеки интерес к вам пропадет? Чем собираетесь его подогревать?

— Только хорошим материалом. Я всегда считала, что человека делают результаты его работы.

— Но деньги то все равно нужны будут.

— Если сами не сможем, значит найдутся люди, которые поверят в материал и вложат свои деньги. Только так.

— На эту тему с Аллой Борисовной вы уже разговаривали?

— Мы вообще не говорим с ней на эту тему. Сделали какой-то этап работы, что дальше — не обсуждается.

— В альбоме приводятся выдержки ваших с Пугачевой телефонных разговоров, которые намекают на некую интимность…

— Знаете бывает интимность на духовном уровне. Когда люди понимают друг друга с полуслова. На этом этапе жизни у нас были действительно очень близкие отношения. У меня есть даже строчка в песне: "Были не близки мы, а близки" (в первом случае ударение на втором слоге, а втором во случае — на первом). Вот и ответ на вопрос. Не близки физически, но близки душевно.

— Когда между людьми возникает такая близость, то их называют друзьями. Вы можете себя так назвать по отношению к Алле Борисовне и наоборот?

— Я не набивалась ни к кому в друзья. Я радовалась, что помогаю и что помогают мне. Все. Я не расчитывала на что-то еще. У меня есть близкая подруга, дружба с которой тянется еще с детства. Есть друзья. И я не думаю, что встречу какого-то еще, кто бы смог приблизится к этой дружбе. Когда ты готов все рассказать и всем поделится.

— Ваши разговоры напоминают ситуацию учительница — ученица.

— Наверное, так и есть. А кто может быть с Аллой Борисовной на равных? Для меня она как гуру. Она знает то, чего не знаю я.

— Как вы относитесь к выражению: кто быстро взлетает, тому больно падать?

— Я 8 лет летела. А быстрый взлет, это когда молодую девочку, которая ничего не знает и не умеет, берут и делают из нее звезду. Держат ее на руках, она думает, что летит, потом руки убрали, она уже внизу. Я же в себе чувствую силы…

— Вы думаете, что это заслуженно?

— Надеюсь, что да.

— На что вы готовы ради победы?

— Уж во всяком случае не на подлость… У меня есть свой кодекс чести, которого я придерживаюсь и от которого не отступаю.

— Чего вы хотите добиться в идеале?

— Очень немногого. Я хочу, чтобы у меня была моя аудитория. Даже не важно какая она будет по объему: стадион, город, зал. Мне важно, чтобы были люди, которые приходили на мои выступления, и происходило бы таинство общения. Всем угодить нельзя. К нам на сайт заходят люди, они благодарят за песни, пишут, где вы были раньше, только не порпадайте и не разочаруйте. Это не важно, что кто-то нас не любит, важно что кто-то нас любит.

(c) "МК-Бульвар" 2002г.

 


Copyright 2006 © ЛЮБАША. Все права защищены